В ближайших планах правительства — сокращение импортных квот на продукцию животноводства.

Российское руководство тем самым намерено избежать полного эмбарго на поставки продовольствия с Запада. При этом российские чиновники утверждают, что ужесточение импортного режима только на пользу российской экономике. В четверг замглавы Россельхознадзора Николай Власов заявил, что Россия имеет большой потенциал замещения импорта собственной продукцией. Правда, если вытеснение с российского рынка продуктов из США и ЕС может пойти на пользу отечественному производителю, потребителям эта мера ничего, кроме роста цен, не сулит.

Премьер Владимир Путин превентивно заморозил (см. «Газету» от 26 августа) ряд соглашений, которые были подписаны с рядом торговых партнеров в ходе переговоров о вступлении России во Всемирную торговую организацию (ВТО). Речь идет о тех договоренностях, которые, несмотря на затягивание присоединения к ВТО, Россия уже выполняет. Прежде всего это обязательства в области сельского хозяйства и защиты интеллектуальной собственности. Без этих бумаг США никогда бы не подписали с Россией в 2006 году двусторонний протокол о вступлении России в ВТО.

Вашингтон всегда жестко защищает права своих фермеров и киношников. И именно по этим стратегическим интересам Джорджа Буша и ударил Путин.
Министр сельского хозяйства Алексей Гордеев объяснил, что в первую очередь будет приостановлено. В частности, двустороннее соглашение между правительствами США и РФ «О торговле некоторыми видами мяса птицы, говядины и свинины», которое было подписано в июне 2005 года. Соглашение действует до 2009 года и предполагает увеличение квот на поставку птицы из США до 931,5 тысячи тонн. США — крупнейший поставщик курятины в Россию (74% общего объема импорта). Для сравнения: доля ЕС составляет 18%.
В рамках квот курятина ввозится по ставке пошлины 15% от таможенной стоимости. Поставки сверх квот облагаются по фактически запретительной пошлине — 60%.
Если «куриное» соглашение в 2009 году, как грозится Гордеев, будет ликвидировано, то американские фермеры потеряют минимум $1 млрд (за 1 кг им, как правило, выплачивается около $1). Еврофермеры, кстати, потеряют не меньше, так как Еврокомиссия им значительно доплачивает сверх рыночной цены.
В этой пока еще гипотетической ситуации Минсельхозу необходимо оценить, каков собственный потенциал российского птицеводческого и животноводческого рынков, освобожденных от давления импорта. Но вот тут экспертные оценки сильно расходятся.

Так, Николай Власов считает, что в случае прекращения ввоза в Россию импортной курятины дефицит куриного мяса может быть восполнен в короткие сроки за счет не используемых сегодня мощностей птицефабрик. «Примерно то же произойдет и со свиноводством, в котором цикл производства занимает всего 100 дней», — говорит Николай Власов.

Однако руководитель Национальной мясной ассоциации Сергей Юшин оценивает перспективы рынка менее оптимистично. По словам эксперта, полностью отказаться о импорта курятины Россия сможет только через четыре-пять лет, что же касается отечественного свиноводства, эта цифра и того больше — пять-семь лет.
Вместе с тем Сергей Юшин считает, что полное замещение импорта мяса курицы и свинины отечественным сырьем не должно стать самоцелью. «Сейчас необходимо рассчитать реально востребованный рынком объем импортного мяса, который создавал бы условия для развития собственного производства», — говорит Юшин. По предварительным экспертным оценкам, без ущерба для отрасли Россия может сегодня отказаться от 200-400 тысяч тонн импортного мяса. При этом в первую очередь речь идет о мясе птицы и свинине. Что же касается говядины, тут, по мнению Юшина, рынку бы не помешало бы даже 30-процентное увеличение квоты.

По словам Николая Власова, единственное, чем может грозить России прекращение импорта продукции животноводства, — кратковременный скачок цен. Однако, по мнению директора по маркетингу мясокомбината «Велком» Дмитрия Завражнова, рост цен на продукцию животноводства был неизбежен даже без учета пересматриваемых условий импортных поставок. Сокращение же доли на рынке импортного мяса повлечет за собой существенный рост цен. Причем первой жертвой сокращения импорта станут даже не потребители, а переработчики животноводческой продукции. «Мы не сможем оперативно отреагировать на рост цен, так как связаны с крупными торговыми сетями контрактами, где условия поставки прописаны очень жестко», — объясняет Завражнов.
Правда, по мнению Завражнова, к изменению импортных квот, а значит, расширению собственного производства не готовы даже отечественные производители. Инвестиционные возможности российского АПК сегодня крайне ограниченны, что в первую очередь связано с ужесточением кредитной политики банков. Изменить ситуацию не смогут даже дополнительные ассигнования из федерального бюджета, которые в силу затормаживания процесса по вступлению России в ВТО могут быть увеличены до $9 млрд.
«Госпомощь часто предоставляется не на выгодных производителям условиях, а получить финсредства из других источников производитель животноводческой продукции не может», — говорит Завражнов.
«Уже абсолютно очевидно, что в ближайшее время мясо превратится в предмет роскоши», — говорит Завражнов.
Какова доля импорта на вашем столе?

Владимир Савенко / директор ФГУ «Российский центр сельскохозяйственного консультирования», доктор экономических наук:
 — Российские столы сильно отличаются друг от друга. Скажем, данные по Москве или, допустим, по Сахалину будут в любом случае иными, чем данные по среднерусской глубинке. Я так понимаю, что импортную картошку в деревню в Калужской области не завозят. Потом, помидоры или огурцы из Турции всегда будут поступать раньше, чем с Кубани. Сезонные колебания тоже никто отменить не в силах. Да и вообще, существуют продукты, которые либо в принципе невозможно получить на территории России, либо нельзя это сделать в ближайшее время. Например, те же бананы мы все равно будем ввозить.
Вместе с тем едва ли стоило импортировать сухое молоко, ставя под удар российскую молочную продукцию. Да, определенные политические и финансовые вопросы при этом решили. Однако что остается делать совхозам? Если молоко принимают ниже себестоимости — это ведь явное банкротство. Что мы, курицу свою не вырастим? Это можно сделать всего за три месяца. Да и тех же свиней покормил шесть-девять месяцев, и они готовы. Даже с говядиной можно снять вопрос в течение двух-трех лет, и так далее. На мой взгляд, по тем продуктам, по которым ситуация ясна наверняка, импорт стоит закрывать.

Елена Тюрина / гендиректор Института аграрного маркетинга:
 — В среднем по стране и по всем продуктам это 30%. Но если говорить о частностях, то, скажем, по мясу птицы речь идет где-то о 40%, по свинине и говядине — 25-28%. А вот если говорить о молочной продукции, то здесь импортируется сухое молоко, так как у нас пока наблюдается дефицит цельного молока-сырья. При этом в последние три года мы видим активный рост инвестиций в производство свинины, производство молока и отчасти мяса бройлера. По нашим оценкам, можно ожидать, что к 2012 году производство свинины вырастет более чем на 50%, молока — на 30-40% и бройлера — где-то на 30%. Соответственно при том что потребление на душу населения по тому же бройлеру у нас уже приближается к среднеевропейскому показателю, а по свинине пусть пока и нет (потребление связано с ценой), но предложение тоже увеличится, можно говорить о том, что при сохранении импорта в рамках квоты рынок будет перенасыщен. В результате возникают опасения, что весь объем предложения не будет востребован. И первая мысль, которая здесь возникает,  — сократить количество ввозимой продукции. Единственное: импорт иногда, особенно импортное сырье, может оказаться дешевле. Однако если цены при закрытии импорта и вырастут, то не безгранично, потому что в стране есть платежеспособный спрос.

Юрий Кацнельсон / президент НП «Российская гильдия пекарей и кондитеров», член президиума НП ОПОРА:
 — Что касается хлебопекарной продукции, то, конечно, в магазинах крупных городов имеется некий импорт: бельгийское печенье, какие-нибудь замороженные торты из Италии или Франции. Однако все это продукция длительного хранения, доля которой ничтожно мала. В основном хлебобулочная продукция имеет региональный или даже муниципальный рынок распространения. А потому можно сказать, что российское хлебопечение никак не зависит от того, будет создан некий заслон для ввоза в Россию конечной продукции или не будет. Что же касается сырья, то здесь тоже существует своя экзотика: какао-порошок, кокосовая стружка, миндаль из Калифорнии и так далее. Но это не означает, что если все это исчезнет, то встанут пекарни и пропадет хлеб. Так что благодаря специфике продукта применительно к России хлебопечение от внешних «врагов» защищено естественным образом. Однако при этом остается множество внутренних проблем, которые мы должны и уже постепенно решаем сами (правда, не так быстро, как хотелось бы). А так как в нашей стране хлебопечение  — это малый и средний бизнес, то последний указ Медведева и все те движения, которые начались вслед за этим в сторону поддержки малого предпринимательства, что называется, нам в струю

Newsland