Сегодня, когда цены на нефть устремляются вверх, а президент Джордж Буш в рамках своего ближневосточного турне направляется в Саудовскую Аравию, настало время признать правду. Основополагающей задачей внешней политики США является поиск нефти.

Важное значение нефти для американской внешней политики очевидно. В то же время, это по какой-то странной причине очень трудно признать публично. После начала войны в Ираке только левые могли утверждать, что это «война за нефть». А люди из истэблишмента (те, кто знает, что происходит) закатывали глаза и возмущались по поводу такой «теории заговоров».

Но недавно и бывший глава Федеральной резервной системы Алан Гринспен (Alan Greenspan), и сенатор Джон Маккейн ( John McCain) практически признали, что война в Ираке была начата из-за нефти. Как пишет в своих мемуарах Гринспен, он сожалеет, что было «неудобно с политической точки зрения» признавать тот факт, что «иракская война ведется в основном из-за нефти».

А в этом месяце Маккейн, который понесет республиканский стяг на предстоящих в текущем году президентских выборах, пообещал проводить такую энергетическую политику, которая «устранит нашу зависимость от ближневосточной нефти», и благодаря этому «нам никогда больше не придется посылать нашу молодежь в зоны конфликтов на Ближнем Востоке».

Впоследствии и Гринспен, и Маккейн выступили с «разъяснениями». Маккейн теперь заявляет, что он, говоря о конфликте, имел в виду войну 1991 года в Персидском заливе. А что касается войны 2003 года в Ираке… то он имел в виду тоже что-то другое. Может быть, оружие массового уничтожения.

Насмехаться над этим нечестно. Война в Ираке велась из-за многих вещей. Это и оружие массового уничтожения, и перестройка на Ближнем Востоке, и демократизация, и права человека, и Израиль. Это также терроризм и стремление наглядно продемонстрировать американскую мощь. Но нефть в ряду этих причин присутствовала непременно. Мы привыкли называть район Персидского залива «зоной жизненно важных стратегических интересов». Говоря «стратегические», мы, конечно же, знаем, что под этим подразумевается. В районе Персидского залива находится две трети разведанных мировых запасов нефти.

Тем не менее, если вторжение в Ирак было осуществлено отчасти из-за нефти, то в этом плане оно потерпело неудачу — впрочем, как и во многих других. Накануне вторжения в 2003 году баррель нефти стоил 26 долларов. Сегодня он стоит 126 долларов, и авторитетные аналитики говорят о перспективах роста нефтяных цен к концу 2008 года до 200 долларов за баррель.

Обещание Маккейна устранить зависимость Америки от ближневосточной нефти особой оригинальностью не отличается. Такие же обещания давали и Барак Обама (Barack Obama), и Хиллари Клинтон ( Hillary Clinton). Да и сам президент Буш пару лет назад клялся покончить с «нефтезависимостью» Америки. А президент Ричард Никсон (Richard Nixon) давал подобные обещания еще после первого нефтяного шока 70-х годов. Но правда заключается в том, что все идет в противоположном направлении. В 1973 году США импортировали 33 процента потребляемой в стране нефти; сегодня объем нефтяного импорта вырос примерно до 60 процентов, а к 2020 году эта цифра может увеличиться до 70 процентов. Транспортная система Америки все еще полностью зависит от нефти.

Американские политики до сегодняшнего дня реагируют на эти проблемы как-то непонятно и путано, смешивая выдачу желаемого за действительное и праведный гнев. Призывы к «энергетической независимости» приобрели практически повсеместный характер. Тратятся огромные деньги на производство биотоплива, а это, в свою очередь, подстегивает цены на продовольствие. Но пока ни один ведущий политик не готов сказать американцам, что им придется приспосабливать свой жизненный уклад к постоянному росту цен на топливо.

На прошлой неделе сенатор-республиканец Пит Доменичи (Pete Domenici) выступил с грустным призывом к увеличению поставок нефти и снижению цен. Демократы давят на министра юстиции США, призывая его выдвинуть обвинение в ценовом сговоре против членов Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК). Однако любые действия такого рода представляют собой завышенную оценку возможностей и степени влияния Америки на мировых нефтепроизводителей. Члены ОПЕК могут нанести ответный удар, продав часть своих огромных долларовых резервов. Такими действиями они нанесут мощнейший удар и по доллару, и по американским потребителям. У главных нефтедобывающих стран мира нет недостатка в потенциальных покупателях. Даже сейчас более половины саудовской нефти экспортируется в Азию.

Соперничество в борьбе за поставки нефти постоянно усиливается. В период с 1994 по 2003 год потребление нефти в Китае увеличилось вдвое. К 2010 году этот показатель удвоится еще раз. Китайская вылазка в Африку продиктована собственными соображениями этой страны по поводу обеспечения своей «энергетической безопасности». Международное энергетическое агентство (IEA) предсказывает, что в 2010 году Китай станет крупнейшим в мире потребителем энергии. Это агентство также считает, что к 2030 году мировые потребности в энергоресурсах увеличатся на 50 процентов по сравнению с сегодняшним показателем, и что мы будем зависеть от органического топлива больше, а отнюдь не меньше.

Все это выглядит вполне правдоподобно. В настоящее время в Китае на тысячу жителей приходится примерно 10 автомобилей, а в США — 480. Но к 2015 году Китай станет самым крупным в мире покупателем новых автомашин.

Западные политики привычно тревожатся по поводу глобализации, но им придется сосредоточить свое внимание на более реальной угрозе. Речь идет не о переводе хорошо оплачиваемых рабочих мест за границу и не о наплыве дешевых товаров. Проблема заключается в глобальном распространении западной модели потребления. Если китайцы и индийцы со временем начнут есть и ездить на машинах так же, как американцы и европейцы, то нынешний рост цен на топливо и продовольствие будет лишь началом. Нетрудно предугадать и экологические последствия, которые не могут не вызывать тревогу.

Поэтому, хотя сегодня стремление к обеспечению энергетической безопасности и находится в центре американской внешней политики, а также внешней политики Евросоюза и основных государств Азии, в долгосрочном плане она никак не сможет обеспечить решение этой проблемы. Но будущее, в котором повсеместно разгораются конфликты в борьбе за скудные запасы нефти, а страны-потребители раболепствуют перед диктаторами с большими нефтяными ресурсами, не привлекает никого.

Единственно верный путь в направлении обеспечения «энергетической безопасности» проходит по территории США. Решение проблемы лежит в разработке новых технологий и изменении образа жизни. Американцам, видимо, придется меньше ездить на своих машинах. Но сказать им об этом сможет только самый смелый кандидат в президенты.

Inosmi