Вопрос о демократической организации международных отношений редко поднимается и редко обсуждается, потому что он исключительно неудобен для власть предержащих. Но более всего он неудобен для США. Недаром еще в годы «холодной войны» французский философ Раймон Арон, человек отнюдь не левых убеждений, называл Америку «имперской республикой». Равноправие в международных отношениях и соответственно демократия, то есть принятие решений в соответствии с международным правом, не соответствуют интересам США.

Соединенные Штаты стремились и стремятся осуществлять мировое лидерство. Об этом президенты США говорили и говорят откровенно и пространно. Одним из инструментов обеспечения лидерства является Организация Северо-Атлантического договора.

В организацию входят разные страны. Одни являются сателлитами США и в сфере обороны и безопасности не имеют возможности осуществлять более или менее автономную политику. Другие, — будучи союзниками США,  стремятся сохранить для себя определенное поле для свободы маневра так, чтобы дистанцироваться от политики США в тех случаях, когда американская политика идет уж слишком вразрез с их собственными национальными интересами. Позиция стран-членов НАТО по вопросу о присоединении Украины к ПДЧ четко выявила это деление на союзников и вассалов.

В случае вступления Украины в НАТО она пополнит ряды вассалов и тем самым изменит внутренний расклад сил внутри организации.

У стран так называемой старой Европы возможности воздействия на Украину будут длительное время ограничены: Украина имеет шанс в обозримом будущем стать членом НАТО, но еще очень долго ее не пригласят в Европейский Союз, если вообще когда-либо сложатся для этого условия. Итак, синхронизировать вступление Украины в НАТО и ЕС не удастся, поэтому европейцы не хотят спешить с приемом Киева в НАТО. Некоторые из них, из числа оптимистов, стремятся уменьшить временной зазор между присоединением Украины к первой и второй организациям. Но как показал опыт со странами Балтии и Центральной и Восточной Европы, у ЕС пока недостаточно сил для европейского «дисциплинирования» новичков. Вашингтон для них оказывается более значимым, чем Берлин или Париж.

Почему столь крупная страна как Украина, вступив в НАТО, пополнит ряды вассалов? Первая причина — внутренняя слабость страны. Ее правящий класс расколот, а именно та его часть, которая ведет страну в НАТО, отличается особенной неуверенностью в своей возможности самостоятельно управлять большой и сложной страной. Сомнительная легитимность президента, пришедшего к власти в результате оранжевой революции, гнетет его и заставляет, с одной стороны, стремиться к изменению конституции, с другой — добиваться отказа от части суверенитета страны в пользу Вашингтона и Брюсселя. Именно у «оранжевой» части правящего класса присутствует явная боязнь собственного народа, ведь самих себя почти невозможно обманывать по поводу реальной поддержки у электората. Не могут себе позволить украинские атлантисты и проведение референдума по вопросу о вступлении в НАТО. Они хотят создать ситуацию необратимости, когда референдум потеряет смысл. Рассчитывают они и на успех натовской пропагандистской кампании, которая в настоящее время развернута по всей Украине.

Оранжевые на Украине предпочитают не говорить о все более безнадежной операции НАТО в Афганистане. И действительно, как объяснить людям, зачем вступать в  военно-политический блок, который ведет первую в своей истории крупную сухопутную операцию, а победа в этой операции не просматривается. Вряд ли сможет Украина в случае вступления в Альянс сохранить в Афганистане свой контингент на уровне символических трех человек. Для того чтобы сломить сопротивление талибов требуется порядка 300 тысяч войск. В настоящее время весь воинский контингент НАТО в Афганистане не намного превосходит 45 тысяч. За новый статус надо платить, денег у Украины нет, придется расплачиваться жизнями молодых людей.

Не в интересах украинских атлантистов и обсуждение того, что произойдет с оборонной промышленностью страны. Для США и ряда других западных стран оборонная промышленность Украины — это прежде всего конкурент, к тому же конкурент с многочисленными кооперационными связями с российскими производителями. Соответственно украинский ВПК укрепляет на мировом рынке вооружений позиции России. Ликвидация оборонного комплекса Украины даст двойной коммерческий эффект — устранение одного конкурента и серьезное ослабление другого. А на Украине после вступления в НАТО защищать интересы людей, работающих в оборонной промышленности, будет некому. На политической арене страны будут доминировать политики типа Ющенко и Тимошенко, хотя и необязательно лично они.

Для всех стран и людей, кто заинтересован в пространстве свободы в международных отношениях, не может быть безразличен вопрос о статусе Украины. Сохранит или частично утеряет свой суверенитет эта большая европейская страна? Увы, демократия — механизм хрупкий не только во внутренних делах, но и в международных отношениях.

РИА Новости