В Питере вождь неонацистов пилил себе горло на глазах у присяжных

В суде Санкт-Петербурга главарь одной из самых мощных неонацистских банд попытался перепилить себе горло на глазах у коллегии присяжных и других присутствовавших в зале.

В суде Санкт-Петербурга главарь одной из самых мощных неонацистских банд попытался перепилить себе горло на глазах у коллегии присяжных и других присутствовавших в зале. Однако задуманного щоу не получилось: присяжных из зала вывели, а подсудимый лишь сделал себе маленькую ранку.

Тем не менее заседание в городском суде оказалось сорванным. Была объявлена пауза, и в зал пригласили врача, сообщает Forum-msk. У пострадавшего фигуранта дела о преступлениях банды Воеводина — Боровикова зафиксировали неглубокий порез кожи на горле.

Демонстрационную попытку порезать себе горло в присутствии коллегии присяжных предпринял подсудимый Алексей Воеводин. Задавая вопрос подсудимому Харчеву, он встал, а после вопросительной реплики повернулся лицом к скамейкам, где сидят присяжные, и воскликнул: «Вот видите, господа присяжные, что здесь происходит! Мне все равно на пожизненный!» Затем главарь неонацистов стал скрести по горлу, изображая режущее движение.

С тех мест, где сидели слушатели, не было видно ни крови, ни порезов. Однако присутствовавших поспешили вывести из зала, а вышедшие следом адвокаты сказали, что видели брызги крови и неглубокий порез.

Один из адвокатов сказал, что в руках у Воеводина не было ни лезвия, ни ножа, а только приспособление для срезания горлышка со стеклянных ампул. Им в лучшем случае можно поцарапать кожу, так что курьезный фокус с попыткой публичного самоубийства провалился.

После перерыва, возможно, заседание продолжится.

Шоу подошло к концу

Криминальный журналист и бывший оперативник Евгений Вышенков, благодаря которому и удалось поймать банду, уверен, что сцена с перерезанием горла была рассчитана на нервных присяжных в возрасте.

«Я общался практически со всеми членами этой банды, — говорит Евгений. — Воеводин в свое время провозгласил себя первым арийским лидером Петербурга и Ленинградской области».

Однако при встрече с правосудием вождь неонацистов моментально выдал своих подельников. «Когда его взяли, он сдал всех своих товарищей, подписал исчерпывающие показания, потом несколько раз от них отказывался, — продолжает Евгений Вышенков. — Слал письма на волю — как нужно бороться за правое дело и вести революцию».

Бывший оперативник надеется, что скоро вся банда Боровикова — Воеводина получит пожизненный приговор, пишет газета «Комсомольская правда». «И вместо поездок по СИЗО и судам их ждет колония. Там уже не будет такого внимания, так что у Воеводина осталось немного времени для подобных сцен с перерезанием», — заключил Евгений Вышенков.

Застрельщики «белого террора»

Банда Боровикова — Воеводина считается одной из самых жестоких и опасных группировок неонацистов в России, отмечает NEWSru.com. А в Петербурге ей точно не было равных по размаху злодеяний. Именно Воеводин и Боровиков первыми в нацистском подполье додумались до идеи массового террора с целью дестабилизации ситуации в стране.

Свою карьеру расистов-убийц Алексей Воеводин по кличке СВР («Сделано в России» — татуировка у него на затылке) и Дмитрий Боровиков по прозвищу Кислый начали в банде «Шульц-88», которую создал Дмитрий Бобров. С 2001 года она устраивала еженедельные акции под лозунгом «мочить черных». Потом лидера посадили на 8 лет за решетку, и тогда ровесники 1984 года рождения Боровиков и Воеводин решили действовать самостоятельно.

Приятели вступили в группировку Mad Crowd («Банда бешеных»). Но и там было примитивное уличное хулиганство, а вскоре лидеру группировки Руслану Мельнику дали 3,5 года колонии-поселения за разжигание национальной розни. Вновь выйдя сухими из воды, Воеводин с Боровиковым поняли, что вялотекущей этнической борьбой петербургских националистов ситуацию не изменить.

Как следует из материалов уголовного дела, в сентябре 2003 года СВР и Кислый создали устойчивую вооруженную группу. «Они решили, что мало ломать черепа, — пишет в своей книге „Неприрожденные убийцы“ бывший начальник 18-го, антиэкстремистского, отдела петербургского УБОП Георгий Бойко. — Надо дестабилизировать ситуацию в стране. Способ изменить ситуацию — национальная революция. Они решили убивать помногу и жестоко».

Примечательно, что Дмитрий Боровиков вырос в благополучной семье и учился на юриста. Его отец — бывший офицер милиции. Напротив, Воеводин стал сиротой с раннего возраста. Однако обоих сближал здоровый образ жизни и занятия спортом с примесью национализма. «Телевизор, семья, убогие развлечения, модная одежда, забитый холодильник… если это все, что интересует сегодня белых, то какие же они белые? Они — „мясо“ и „мусор“, — записывал свои рассуждения Кислый. — Белую расу необходимо создавать с нуля».

Из прежних соратников в банду почти никого не взяли. Приятели набирали туда физически крепких и здоровых молодых людей из числа расистов и славянских язычников. «Если скинхеды — пехота, то Боевая террористическая организация (так впоследствии называли банду)  — новые солдаты СС», — писал Воеводин.

В разное время в группировку входили от 6 до 11 человек. Ценностные ориентиры основаны на национальной и расовой вражде по отношению к выходцам из районов Кавказа, Азии, Африки. Боровиков проповедовал принцип, что к убийству надо быть готовым всегда.

Список доказанных преступлений начинается с нападения на армян Эламиряна и Туманяна 9 августа 2003 года. Этот день официально считается рождением банды Боровикова-Воеводина. В акции участвовали шесть человек.

14 декабря 2003 года Воеводин и еще пятеро совершили свое первое, по данным правоохранительных органов, убийство. Жертвой расистов стал кореец Ким Хен Ик, который утром шел к Московскому вокзалу. К началу 2004 года группировка определилась с поставщиками оружия — ими стали «черные копатели» Конаков и Павленко. За бандой числятся обрез карабина маузер, обрез винтовки Мосина, пистолет ТТ, самодельный нарезной пистолет-пулемет из ППШ, 7 гладкоствольных ружей «Сайга», помповое ружье «ТОЗ-194-01», газовый пистолет «ИЖ-79-8».

Через несколько месяцев неонацисты решили «зачистить» и свои ряды. Подельников Романа Гофмана и Алексея Головченко они застрелили, опасаясь, что эти двое первым делом сдадут группировку. Тела молодых людей нашли почти через два года.

Самым громким преступлением стало убийство старшего научного сотрудника Музея антропологии и этнографии Петра Великого РАН Николая Гиренко. Ученый вызвал у неонацистов ненависть тем, что вел правозащитную деятельность и выступал в качестве эксперта в области ксенофобии.

Гиренко застрелили летом 2004 года, в самый разгар процесса над «шульцами». 19 июня в его квартиру постучались. Ученый подошел ко входу и спросил: «Кто там?» После этого раздался выстрел и пуля со смещенным центром тяжести пробила деревянную дверь, вошла в правое плечо, пробив руку и подмышку жертвы.

Кислого пристрелили при попытке к бегству

В конце 2005 года заканчивался суд по Mad Crowd. Боровиков к тому времени перешел на нелегальное положение, и его объявили в федеральный розыск. Воеводин был под подпиской о невыезде и приходил на заседания. После приговора его арестовали в зале суда — получил три года лишения свободы.

В Выборгской пересыльной тюрьме Воеводин просидел до апреля 2006 года, когда на 5-й Красноармейской улице выстрелом из помпового ружья застрелили сенегальца Самбу Ланмпсара. Владельца ружья нашли быстро, а тот указал, что продал ствол Воеводину. Алексей в свою очередь сдал Боровикова, к которому в конечном итоге перешло ружье.

Оперативники вышли на Кислого 18 мая 2006 года. Он возвращался с подругой Аней, у которой и прятался, из магазина с сумкой продуктов. Увидев оперативников, неонацист попытался убежать, но стражи порядка выстрелили ему в затылок. В прессе тогда сообщалось, что Кислого застрелили после того, как он набросился на милиционеров с ножом.

Уголовное дело по первой и второй частям 209-й статьи УК РФ (бандитизм) петербургские следователи завели 19 мая 206 года. В отношении Боровикова преследование тут же прекратили в связи с его смертью, а Воеводин вернулся в тюрьму «Кресты» и снова предстанет перед судом.

В уголовном деле насчитывается 130 томов. Фигурантами стали 14 человек — организаторы, участники, продавцы оружия, укрыватели преступников и преступлений.

Когда прокуратура заявила о ликвидации банды экстремистов, Воеводин отправил из следственного изолятора «депешу» своим товарищам: «Мы постоянно готовы к убийству, к городской войне. До сих пор мусора не только всех не поймали, но и многих не установили».

Loading...

blog comments powered by Disqus