Загрузка...

«Настоящий кризис будет осенью». Игорь Мазепа о карантине, бизнесе олигархов и бюджете

Переживет ли украинская экономика пандемию COVID-19 и кто больше потеряет: рестораторы или олигархи?

Переживет ли украинская экономика пандемию COVID-19 и кто больше потеряет: рестораторы или олигархи? Интервью СЕО Concorde Capital Игоря Мазепы

Офис одной из крупнейших инвесткомпаний Украины Concorde Capital живет на карантине почти обычной жизнью. 80% сотрудников продолжают работать в бизнес-центре «Парус» в центре Киева, рассказывает Игорь Мазепа, гендиректор компании и один из самых известных инвестбанкиров страны.

Что о карантине и его влиянии на экономику думают люди, которые умеют зарабатывать на украинских активах даже в кризисное время? Кому они предрекают крах, а в чьи успехи по-прежнему верят? И как оценивают действия правительства в борьбе с коронавирусом?

- Начнем разговор о коронакризисе с необычной стороны: есть ли вещи, которые вам нравятся в этой ситуации?

- Прогресс ускоряется. То, к чему человечество медленно шагало много лет, произойдет не эволюционным, а революционным путем. Имею в виду все, что касается internet of things, новой экономики.

Второе, я заметил снижение ценности «наземной инфраструктуры» в сравнении с удаленными, но выверенными сервисами. Поясню на примере: сейчас на обед у меня уходит где-то 15 минут – мне привозят еду, я не трачу время на дорогу до рестика и обратно, не сижу там еще час пока жду заказ. Рестораторы при этом научились делать еду с доставкой вполне сносного качества. Сам ресторан – это «наземная инфраструктура», которая сейчас становится менее важной, чем процессы – быстрое обслуживание без потери качества. Это говорит о том, что в конкурентной борьбе побеждают высокоэффективные компании.

Еще одна тенденция – тренд на деурбанизацию, что уже вылилось в повышение цен на загородную недвижимость.

- Инвестбанкам тоже приходится сокращать расходы на персонал?

- Мы не сокращали сотрудников, но несколько снизили зарплаты – как мы считаем, до рыночного уровня. Это где-то 60-70% от того, что мы платили до кризиса. Хотя я знаю, что некоторые мои коллеги считают «рыночным уровнем» 25-30% от прежних цифр.

- Во что сейчас советуете инвестировать?

- Я не вижу универсальных советов. Действительно, есть сектора, которые выросли – та же интернет-торговля, – но там неоднородная ситуация. Например, компания Makeup.ua, в которой у нас есть доля, выросла на 25-30% по выручке, аналогично – Rozetka и подобные бизнесы, онлайн-образование выросло в четыре раза, казино – в 7-8 раз. Но с другой стороны, магазины, которые торгуют одеждой в интернете, провалились на 70%. Хотя и вроде бы принцип один и тот же.

- Какой рынок сильнее всего пострадает от коронавируса?

- Скорее всего, рынок недвижимости. Но это проявится ближе к концу года – и для владельцев, и для арендаторов. Больше всего – потому что это коснется и офисных, и торговых объектов, гостиниц – практически всего рынка. Если в офисные центры сейчас еще кто-то ходит, то гостиницы вообще обвалились в ноль. Думаю, после кризиса туда не вернется никто.

Само по себе такое явление, как бизнес-туризм оказалось профанацией – путешествовать по бизнесу нет вообще никакой потребности, можно решить все вопросы в любом чате через видео-связь. Не надо этих всех понтов с гостиницами и самолетами. Обычный туризм тоже неизвестно когда вернется.
- Будут ли пустовать офисные и торговые центры, когда все закончится?

- Я знаю, что у эйчаров многих компаний даже была задача измерять удаленную эффективность сотрудников, чтобы понимать, какая часть людей может спокойно обходиться без работы в офисе. Понятно зачем это нужно – сокращение издержек, оптимизация процессов. Думаю, в офисы вернется процентов 70 людей. В торговые центры – где-то половина. Мой прогноз по торговле – заполняемость снизится процентов на 30, арендные ставки – где-то на 30-40%. Не исключаю, что этот кризис может стать началом конца наземной торговли.

- То есть девелоперского бизнеса, как такового – тоже?

- Нет, бум вокруг загородной недвижимости сопровождается и большим ростом спроса на инфраструктуру, это в том числе, развлечения и т.п. Цены на аренду там выросли в полтора раза.

- Вы не упомянули рестораны – там похожая история с гостиницами?

- Да, тоже будет плохо. Думаю, к прежней жизни смогут вернуться только 40-50% ресторанов. Многие, конечно, попытаются открыться после снятия карантина, но сектор быстро столкнется с проблемой, когда на рынке нет платежеспособного клиента. А оборотного капитала, чтобы поддерживать работу – а это, по сути, то же самое, что открывать заведения с нуля – будет не хватать. Это же касается парикмахерских, салонов красоты и вообще сферы услуг.

- Вы бы инвестировали сейчас в ресторанный бизнес, учитывая, что рынок наполовину опустеет?

- Если предложат что-то технологичное, быстрое, чтобы можно было замерять процессы с секундомером – это интересно, такие операторы останутся на коне. Думаю, именно они станут центром консолидации на этом рынке.

- Клиника Добробут, в которой вы тоже владеете долей, – это хороший актив сейчас?

- Лучше всего на этот вопрос ответил бы Олег Калашников (основной акционер клиники. – Ред.), но в целом, цифры такие: продажи Добробута из-за карантина упали на 40-45%. То есть это иллюзия, что фармацевты и компании, которые оперируют в медицине, находятся сейчас в шоколаде. Причины снижения продаж прямо связаны с ограничениями, например, запретом правительства на плановые операции. Плюс мы сами переоборудовали две больших клиники под инфекционные отделения – буквально готовились к «Сталинграду». Это все тоже ресурсы: открывая инфекционку, мы соответственно закрывали другие направления.

- Что дальше? Работодатели вероятно режут косты и закроют программы корпоративного страхования сотрудников.

- Страхование никогда не играло существенную роль в продажах, а тем более, в маржинальности. Думаю, мы вернемся к докризисному уровню осенью. От плана, конечно, потеряем. Но в целом понятно, что кризис сделает нашего клиента беднее.

- Планы по расширению медбизнеса придется свернуть?

- Наоборот, это должно стать намного дешевле для нас.

- Если бы вам сейчас предложили продать Добробут, вы бы согласились?

- Если сравнивать с тем, что было 2-3 месяца назад, сейчас не лучший момент, чтобы выходить из этого бизнеса. Тем более, мы видим, что медицина в целом будет расти: правительство собирается увеличить бюджетные ассигнования на эту сферу – до 6% ВВП в следующем году. Для частного сегмента это тоже хорошая новость. Поэтому выходить сейчас – точно нет. Более того, многие конкуренты находятся в стрессе и мы предметно рассматриваем возможности для расширения.
- Недавно один банкир в разговоре с нами рассказывал: для него окончательным сигналом к тому, что кризис наступил и будет тяжелым, стал дефолт ДТЭК. У вас были подобные впечатления?

- Нет, не сказал бы. Дефолт, реструктуризация – ничего в этом особого нет. Крупные банкротства сейчас происходят чуть ли не каждый день, из свежего – тот же Hertz (крупнейший в мире сервис по прокату авто. – Ред.). Это мало на что повлияло, особенно на фоне стремительной остановки экономики, когда объявили карантин. Вот это было действительно впечатляюще – сразу напомнило 2008 год.

- Как сильно этот кризис ударит по бизнесу того же Рината Ахметова и других крупнейших олигархов?

- Однозначно ударит. Даже сейчас по статистике Укрзалізниці можно увидеть, что грузоперевозки в апреле упали на 15%. Цены на украинские commodity в мире снижаются. На конец этого года я ожидаю снижение выручки по основным индустриям на 15-25%. В EBITDA эффект – где-то половина. То есть компании заработают примерно в два раза меньше операционной прибыли в этом году, чем было в 2019-м. И это если не реализуется другой серьезный риск – протекционизм на наших рынках сбыта. Мы видели, как турки реагировали на нашу продукцию, не исключено, что и другие страны будут пытаться защищать внутреннего производителя. Для нас это самый плохой сценарий.

- Какие эмоции у вас вызывает фраза «украинское правительство борется с коронавирусом»?

- Это разговор не столько о правительстве, сколько о чиновниках в целом. Приведу пример: я еду на своей машине по делам и пытаюсь проехать через небольшой провинциальный город. А на въезде стоит блокпост – в город никого не пускают, гражданин Украины не может просто проехать через него. Я для себя понимаю это так, что чиновники действуют по принципу «лучше перебдеть, чем недобдеть», чтобы у них была отмазка на случай, если что-то пойдет не так.

В то же время, судьба жителей городов или целых индустрий, которые они просто закрывают, никого не волнует, хотя люди остаются без средств для существования. И политической ответственности за это, к сожалению, никто не несет.

- То есть, по вашему мнению, столь жесткий карантин был необязателен?

- Меры действительно очень жесткие, иногда даже глупые, как запрет прогулок в парках. Но на самом деле здесь нет правды: я могу думать как угодно, но у меня нет способа проверить, кто из нас прав.

- Вы сами соблюдаете карантин?

- В быту я не следую жесткому карантину. Сотрудникам мы сказали: кто хочет, может приходить в офис. Конечно, соблюдаем основные меры предосторожности: разумные расстояния, базовые правила гигиены.

- Многие бизнесмены стараются помогать больницам, а вы?

- Возможно, скажу не очень популярную вещь, но включаться в борьбу с коронавирусом – это точно не дело предпринимателей. Помогать деньгами – окей, это прекрасно и нужно. Но заниматься закупками медоборудования и тому подобное – пусть это лучше делают более профессиональные люди. Ответственность бизнесмена, на мой взгляд, – сохранить свой бизнес и рабочие места, которые он создает.

- НБУ все же включил печатный станок и даст деньги госбюджету, но не прямо, а через банки. Это адекватное решение?

- Это необходимый шаг. Думаю, такое финансирование до конца года составит около 100 млрд грн или $4 млрд. Вполне разумно.

- Общий дефицит бюджета – 300 млрд грн, есть еще госдолг. То есть общие потребности в финансировании с учетом уже выполненных заимствований, в полтора раза выше. Вы не опасаетесь за бюджет с такой дырой?

- Мы оцениваем дыру в $14 млрд, дефицит бюджета 7,5-8% ВВП. Я комфортен в этом плане: думаю, правительство все-таки договорится с МВФ, что потянет за собой деньги других доноров. Плюс в мае у нас выплата по евробондам, которые выпускались под американскую гарантию на 1 млрд – Минфин поступит разумно, если попросит взамен еще один подобный инструмент. То есть многие вещи будут роллиться (rollover – закрытие старых долгов новыми, – Ред.). При условии сотрудничества с МВФ, не вижу проблем с тем, чтобы правительство справилось с этим бюджетным кризисом.

- Какие у вас ожидания на второе полугодие и 2021 год? НБУ прогнозировал резкое восстановление экономики, так называемую V-shaped динамику. Согласны?

- Я думаю, третий квартал станет только началом настоящего кризиса. То, что мы почувствуем во втором квартале – это еще такое, мягкое, вхождение в серьезную рецессию. Я не верю в быстрое восстановление экономики: ни разу Украина не выходила из кризисов V-образно. Я думаю, восстановление начнется через несколько лет. То есть 2021 год тоже будет очень сложным, возможно, даже минусовым.

- Что могло бы стать драйвером экономического роста в это время?

- Это очень большая проблема и печаль. Кризис «вымыл» украинский средний класс – ту часть экономики, которая создается годами, «бампер» и драйвер роста. Потребление сильно упадет – еще бы, по нашим оценкам уже сейчас в Украине около 2 млн безработных. Это в свою очередь ведет к социальным последствиям – рост преступности и т.п.

Поэтому для украинской экономики удар по сервисному бизнесу будет гораздо более болезненным, чем, например, в Европе или США, потому что там хотя бы частично субсидируются зарплаты сотрудников закрытых предприятий. У нас же – ничего. Люди остались без денег. В таких условиях, чтобы возродить этот бизнес нужно будет потратить очень много времени.

- Как вам в целом антикризисный план Кабмина?

- В нем катастрофически не хватает поддержки бизнеса, который больше всего пострадал. Зато были дополнительные пенсии – чистый популизм и непрофессионализм! Что я поддерживаю – это инфраструктурные проекты: строительство дорог, взлетных полос, мостов и т.п. Такие истории работают в экономике с мультипликатором. Однозначно лучше тратить деньги так, чем в виде пособия по безработице.

- Что Кабмин мог бы сделать для бизнеса, но не сделал?

- Отпустить карантин или сделать его более гибким. Плюс инфраструктурные проекты.

Источник:
Тэги: кризис

Новости по теме

Украину ждет затяжной финансовый кризис

Государственный бюджет Украины продолжает опустошаться и дыра в нем постоянно растет.

Нефтяной кризис: Сможет ли Россия содержать Крым?

Такого не было более 30 лет: фьючерсы бренда WTI (West Texas Intermediate) упали до минус 37 долларов за баррель, нефть бренда Brent опустилась до 16 долларов, а за российский Urals дают 8 долларов за баррель.

Нефтяной кризис: США готовы применить к России новые санкции

США рассматривают возможность вмешательства в саудовско-российское нефтяное противостояние введением новых санкций против РФ.

blog comments powered by Disqus
Новости | Слоты
Новости | Слоты